Понимаете, я вот на себе испытала эти метания и в буддизм, и в йогу (хорошо хоть не рерихнулась ) и поняла в итоге, что наше родное христианство - это самый лучший путь для меня, как для типичного представителя восточной европы, для моего сердца, для моей души, для моего понимания.
не отбирайте хлеб у просто Елены

Это она УЖЕ была где-то и теперь спасает от СВОИХ ошибок и СВОИХ несвершений других.
Если бы перестать вам делить людей по любым признакам - теперь вот по территории зачем-то - то насколько же проще было бы общий язык найти на самом деле.
Ключевые слова в вашем посте - МОЕ, МОЕЙ. Для ВАС - так. Для других - не так. И нет никаких типичных восточных и западных людей. Есть одни и те же проблемы, размышления, болезни, души у всех есть. К чему придумывать искусственные разграничения? То так, то эдак делить - к чему? Религия евреев подходит нашей территории, а другая не подходит

И уж конечно православие нам подходит больше, чем католичество или протестантизм

Это же настолько надуманно - последний бастион.
Чрезмерное внимание к концепциям, к внешнему и приводит, ИМХО, к разграничениям. Потому что по сути разницы нет. Есть место рождения. Есть время рождения. И - слава Богу - есть возможность узнавать и видеть шире, чем сто, двести, триста лет назад. Слава Богу, что она есть. Есть выбор. Вы его сделали в пользу христианства, и конкретнее даже - в пользу православия. Другие делают его в пользу другого пути. Ну почему бы не принять это? Почему ен сказать - да, я не смогла воспользоваться йогой (буддизмом и т.п.). Не мое. Но у тебя получается - замечательно! Цель у нас одна - чтобы душа возвышалась. Ну зачем все время свои ошибки выдавать за всеобщие, зачем делить людей, зачем сравниваться?
" Диакон Андрей Кураев пишет: «Йогическое "тат твам аси" адекватно реальному опыту любого (значит, и христианского в том числе! В.Б.) созерцательного подвижничества».
Но в то же время внутренний свет, который видит созерцатель, есть «тварное свечение ума», а православие, утверждает Кураев, отличает этот неистинный свет от нетварного Света Божества.
«И здесь важнейшая грань, непроходимо разделяющая христианский опыт и опыт языческий. Человек не есть частица Божества, Бог не есть высшая структура человеческой души» (Л. Кураев «Сатанизм для интеллигенции», т.2, стр. 140150).
И далее: «...Свет, который созерцают йоги и оккультисты, не есть Божественный...» (тамже, стр. 259).
«...Йогический путь антропологически, архетипически чужд нашей средиземноморской культуре» (тамже, стр. 205).
Странные выводы делает господин Кураев. «Тат твам аси» в йоге, по его словам, адекватно опыту любого созерцательного подвижничества. Значит и христианского в том числе. Значит «свечение» наблюдается и в йогическом, и в христианском опыте. Но православие отличает Свет Божества от духовного, но все же тварного свечения ума. Языческая мистика этот свет считает конечной инстанцией, тогда как православие лишь промежуточной.
Что же получается? Христианин-мистик способен видеть свет истинный и неистинный, и знает способ, как отличить первое от второго. А мистик-йог, во-первых, если и видит свет, то только неистинный, и другого видеть не способен. И потому обязательно принимает ложное за истинное. Почему вдруг христианин способен видеть подлинный духовный свет, а йог нет? Опыт йоги и христианства разделяют тысячелетия, и можно смело сказать, что какието пара тысяч лет не срок, чтобы вообще научиться отличать истинное от ложного.
Следующий момент, вызывающий большие сомнения в объективности Андрея Кураева, заключается в том, что он упорно помещает на одну доску йогу и оккультизм. Хотя препарируя «Живую этику», он не мог не понимать, что Рерихи имеют такое же отношение к классической традиции йоги, как сам Кураев к Рерихам. Рерихи просто присвоили йогическую и вообще восточную терминологию, спекулируя ею с присущей им беззастенчивостью и размахом.
Я также позволю себе сослаться на Юнга и приведу его высказывания о христианской Церкви: «Пока еще слишком рано (рано ли?) говорить о том, какие могут быть последствия общего признания гибельной аналогии между Государственной религией марксистов и Государственной религией Церкви. Абсолютистская претензия на то, что Божье царство может быть представлено человеком, печально напоминает «божественность» государства, а нравственный вывод, сделанный Игнатием Лойолой, исходя из авторитета церкви («цель оправдывает средства»), служит чрезвычайно опасным оправданием лжи как инструмента политики. И Церковь, и марксизм требуют безоговорочной веры, тем самым ограничивая свободу человека, одна ограничивает его свободу в отношениях с Богом, другой с Государством, вырывая, таким образом, могилу индивидуальности» (К.Г.Юнг «Синхронистичность», стр. 7576).
«Церкви допускают важность индивида только тогда, когда он признает их догмы...» (тамже, стр. 81).
Сегодня ситуация характерна тем, что Русская православная Церковь стремится взять своеобразный реванш за десятилетия униженности и забвения. Но, поскольку люди в церкви те же самые, что и вне ее, то методы решения проблем из прошлого переносятся в настоящее и будущее. Дьякон Кураев норовит поставить тысячелетнюю традицию рядом с Блаватской и Рерихами, накрывая навесным огнем критики все вместе.
В завершение, еще раз отмечая достойную сожаления предвзятость в отношении к йоге в целом (и не только к ней одной) официоза Русской православной Церкви, напомню девиз секты исмаилитов: «Люби свою веру, но не осуждай другие».
Суть, конечно, не в йоге, а в том, кто, как и для чего йогу применяет. Это древнее искусство - совершеннейший инструмент, высокая технология, но люди-то разные. Древнекитайская пословица гласит: «Нет плохого поля, есть плохие люди». С помощью йоги можно выздороветь, а можно и заболеть. Можно прийти к взлетам духа, а можно и превратиться в блаженного, без конца вгоняя себя в бессмысленные позитивные переживания. Зачем обвинять инструмент, он безличен. Пугаться следует своего незнания."
Бойко В.С. "Йога. Скрытые аспекты практики"
а с любопытством, искренним таким
Которое, ИМХО, и отличает религиозного человека - в высоком смысле этого слова. Не в смысле принадлжености к концепции, к церкви, а в смысле отношения к миру - доброго, открытого, принимающего.