Украина встает. Встает и идет дальше. Под Украиной я, как и многие другие, понимаем не политиков, а народ.
Его одежда еще в пятнах крови. Его голос охрип от призывов. В глазах еще слезы от нескончаемых похорон погибших. На его сапогах сажа пылавших шин, а на лице - отблески поминальных лампад Майдана. Но он народ, который еще три месяца назад и не думал, что он так силен. Вы только представьте это!..
И никто из тех, кто отдавал приказы стрелять, кто искал в своих прицелах головы активистов, никто из тех, кто воровал вагонами и выводил на Кипр миллиарды, кто прятал свое лицемерие под мантиями судей, никто из них так до сих пор и не понял, что своими преступлениями они сплотили и консолидировали Украину, как никто другой. И пусть Кремль и другие заинтересованные и дальше точат зубья своих пил. Я даже могу допустить, что их геополитические амбиции рано или поздно пустят украинскую стружку, но вот чего никому никогда сделать не удастся, так это распилить украинский Народ, його Національну Гідність (его Национальное Достоинство).
Сегодня Киев еще стонет. Если его кулаки – Майдан, то его сердце – Михайловский монастырь. В своем материале я хочу рассказать вам о том, как все последние месяцы билось это сердце. Как оно качало кровь всего протеста. Кадры с Майдана облетели весь мир. А вот о роли Михайловского монастыря пока сказано и написано мало.
Михайловский Златоверхий мужской монастырь – один из старейших монастырей Киева. Его история берет начало 11 июля 1108 г. с упоминания в летописи про основание князем Святополком-Михаилом каменного храма в честь Архистратига Михаила. На тот момент это был единственный храм в Киеве с позолоченным верхом, откуда и пошло название «Златоверхий». Сегодня это действующий монастырь. В нем располагается семинария.
Монастырь находится над Днепром всего в нескольких минутах ходьбы от Майдана. Именно в Михайловском в ноябре прошлого года нашли убежище студенты – первые пострадавшие от «Беркута». На полу главного собора, прямо под иконами, им тогда постелили карематы и покрывала, чтобы люди могли отдохнуть и согреться. Так забилось это сердце… В январе были взрывы на Грушевского. Спасение – опять в Михайловском. В феврале – снайперы на Майдане. Помощь раненым вновь там же.
Поразительный факт – в стане волонтеров, приходивших в монастырь помогать, не было четкой иерархичной структуры подчинения. Никто не руководил людьми сверху, отдавая распоряжения – где уставших майдановцев располагать на ночлег, где их перевязывать, как и чем кормить. Эта война самоорганизовала людей… Опишу Вам один из февральских дней монастыря. Опишу не в прошедшем, а в настоящем времени – все эти эпизоды сейчас перед глазами.