Стрекоза над водой застыла,
Крылья — тонкая бирюза.
Это ты мне сигнал послала?
Это я закрываю глаза.....
Ты ждала меня, верно, с утра,
Взгляд бросая в немую дорогу.
Ах, какая была мне пора
Подойти к твоему порогу!
Я пришёл — но ты только ушла,
Не дождавшись меня в час условный.
Эта встреча опять не пришла —
И печален мой стих любовный.
Опозданье ж совсем не порок,
Но досадная, блин, помеха:
Я спешил, но увы, не сберёг
Ту минуту, что пахла успехом.
Заплетались дороги в кольцо,
Словно лента на старой катушке.
Ветер бил мне пыльцой во лицо,
А часы всё шептали: «К подружке…»
Ты ждала, может, час, может, два,
Стрекозою кружась у калитки.
А в груди моей — сон-трава,
Бирюза твоих глаз — пытки.
Я не жду… Я ломаю пальцы, читая всё время чужие сны.
Ты — в другом измеренье, в танце, в синем воздухе — до весны.
Чаинки-Паутинки
Дымок- Восток
Крылья — тонкая бирюза.
Это ты мне сигнал послала?
Это я закрываю глаза.....
Ты ждала меня, верно, с утра,
Взгляд бросая в немую дорогу.
Ах, какая была мне пора
Подойти к твоему порогу!
Я пришёл — но ты только ушла,
Не дождавшись меня в час условный.
Эта встреча опять не пришла —
И печален мой стих любовный.
Опозданье ж совсем не порок,
Но досадная, блин, помеха:
Я спешил, но увы, не сберёг
Ту минуту, что пахла успехом.
Заплетались дороги в кольцо,
Словно лента на старой катушке.
Ветер бил мне пыльцой во лицо,
А часы всё шептали: «К подружке…»
Ты ждала, может, час, может, два,
Стрекозою кружась у калитки.
А в груди моей — сон-трава,
Бирюза твоих глаз — пытки.
Я не жду… Я ломаю пальцы, читая всё время чужие сны.
Ты — в другом измеренье, в танце, в синем воздухе — до весны.
Чаинки-Паутинки
Дымок- Восток
