Собственно самость в качестве предельно общего понятия, выражающего индивидуальность человека, становится предметом исследования, начиная с философии Нового времени. В этой связи можно выделить несколько основных подходов к изучению феномена самости. Так в рамках классической философии Нового времени самость человека проблематизируется в виде решения вопроса о поиске предельно общего основания, которое позволяет человеку воспринимать себя в качестве самотождественного, неизменного, осознающего и сохраняющего свое собственное единство всегда и при всех обстоятельствах. Разработку концепции самости в подобном контексте мы находим в трудах Р.Декарта, Г. Лейбница, И. Канта, И.Г.Фихте, Г. Гегеля и др. мыслителей. Антропологическая тревога, проявившаяся в вопросах Б.Паскаля, сомнение относительно целостности человека, его самости, нашедшее свое отражение в скептицизме Д.Юма, для данного времени является скорее исключением из всеобщего достаточно оптимистичного воззрения на самость человека.
Постклассическое понимание самости разрабатывающееся в философии и психологии 20 века, отказывается от того понимания самости, которое было присуще классической философии, полагавшей, что самость это самоочевидный и единственно несомненный феномен. Так в рамках психоанализа (А.Адлер, Ж.Лакан, А.Маслоу, К.Роджерс, Г.С.Салливан, З.Фрейд, А.Фрейд, К.Хорни, К.Юнг, и др.) самость выступает как сложный и противоречивый феномен. Самость обозначает содержание психики (З.Фрейд), она рассматривается как «центральный архетип» (К.Юнг), как «организованный, устойчивый понятийный гештальт» (К.Роджерс). Психоанализ видит в самости человека мотивационный феномен, основу которого составляют влечения и потребности.
Психоаналитическая трактовка самости вызывает множество возражений. Так, как справедливо полагал Ж.-П.Сартр, психоанализ снимает ответственность с самости, предоставляя ей облегченный вариант осмысления своей сущности и вытекающего из нее способа действия. Экзистенциализм (С.Киркегор, М.Хайдеггер, К.Ясперс, Ортега-и-Гассет, Ж-П.Сартр, А.Камю, Н.Бердяев, Л.Шестов и др.) рассматривает самость человека как сущее, которое верифицирует собственное «я» и которое раскрывается в экзистенции ( то, в чем самость хранит источник своего определения), реализуется в поступках и ответственном существовании. Экзистенциализм показал всю многогранность, уникальность бытия человека, его самости, ее не определяемость только рациональными методами.
В отличие от философии экзистенциализма, философская антропология (М.Шелер, А.Гелен, Х.Плеснер, Х.П.Рикман, А.Сервера Эспиноза и др.), достаточно критически оценивая экзистенциализм, исходит из того, что самость человека проявляется не только в ее существовании, но и в сущности. Самость рассматривается как динамическая сущность человека. Человек непрестанно должен работать над собой, чтобы проявить свою глубинную сущность, свою самость. Философская антропология фиксирует внимание на эксцентричности (Плеснер), незавершенности (А.Сервера Эспиноза), недостаточности (А.Гелен) человека, который утратил свою самость и поэтому находится в перманентном ее поиске и самосовершенствовании.
Философия постмодерна ( К.Батлер, Ж.Бодрийяр, Ж.Деррида, Ж.Делез, Д.Деннет, К.Джерджен, М.Фуко и др.) выступает за деконструкцию традиционных, сформировавшихся в рамках картезианской модели, представлений о самости. Согласно данной позиции происходит либо отказ от метафизической самости в пользу нарративной, файловой, «симулятивной», либо, вообще, самость отрицается и воспринимается в качестве иллюзии, недостоверности. Основания постмодернистского дискурса о «смерти человека» отражают вполне реальные тенденции современного социокультурного положения человека, когда, находясь в ситуации разинтегрированного, функционально автомизированного социума, он теряет себя в качестве целостности, вследствие чего на первый план выдвигается проблема идентичности, аутентичности.
Помимо указанных подходов, самость человека, в той или иной степени, осмысливается в концепциях Л.Венцлера, У.Джеймса, Н.Лобковица, Г. Олпорта, К.Поппера, П.Рикера, Ю.Хабермаса и др. Из отечественных мыслителей здесь необходимо упомянуть Г.С.Батищева, Е.Е.Вахромова, Б.П.Вышеславцева, П.П.Гайденко, Ф.И.Гиренка, В.Д.Губина, П.С.Гуревича, П.К.Гречко, В.Н.Дробышева, А.В.Дьякова, Э.В.Ильенкова, И.С.Кона, В.И.Красикова, А.Ф. Лосева, Л.А.Мясникову, Ю.М. Лотмана, А.Н.Леонтьева, Г.И. Петрову, В.М.Розина, А.Ю. Шеманова, С.Франка, Г.К.Чернявскую и др. Каждый подход представляет достаточно разнообразные вариации относительно понимания ее сущности. Самость рассматривается и как «феномен, который одновременно присутствует и ускользает от человека» (Л.Венцлер), и как «постоянство личности» (У.Джеймс), и как «самосознающее сознание»(К.Поппер), и как «способность обозначать себя в качестве автора своих слов и действий» (П.Рикер), и как «несомненная и незаменимая личность» (Ю.Хабермас), и как «трансцендентное и имманентное» (Б.П.Вышеславцев), и как «психофизиологическая, социальная, личная идентичность» (И.С.Кон), и как «неизмеримо-всеобъемлющее царство, некий космос» (С.Л.Франк), и как «принадлежность индивиду его собственной истории» (А.Ю.Шеманов) и т.д. Многообразие точек зрения относительно самости показывает всю проблематичность и многозначность трактовок данного понятия. В зависимости от контекста, исследовательских задач, методологических ориентаций самость описывается и как онтологическая сущность человека, и как понятие, выражающее интериндивидуальность личности и как сложный конструкт, выражающий единство и преемственность жизнедеятельности человека.