В Петербурге нашли способ вывести успешное предпринимательство из тени
Кинологи Петербурга разработали ГОСТы на выращивание щенков. Они утверждены Росстандартом. Но за год, что эти нормы действуют, в Северной столице ни один щенок не был проверен на соответствие стандартам. Собаководы предпочитают вести свой бизнес, не выходя из тени.
Два миллиона любимцев.
Общий объем "собачьего бизнеса", по некоторым экспертным оценкам, составляет сегодня в Петербурге сотни миллионов рублей. Точную цифру не сможет назвать никто. Собаковод с 50-летним стажем, инструктор канистерапии и эксперт НИИ кинологии Нина Третьякова утверждает:
- В Петербурге сегодня, по самым скромным подсчетам, числится порядка двух миллионов собак. Клубов собаководов-любителей, объединенных в Российскую кинологическую федерацию, порядка 600. Увы, большинство из них нацелены исключительно на коммерческий результат. Но "любительство" за деньги называется ********цией.
Радикальная позиция Нины Третьяковой объясняется ее болью за идею правильного кровного собаководства. Заводчики же собак, как любые бизнесмены, в большинстве своем стремятся получить максимальную выгоду при минимальных затратах.
И у многих это получается. Как ни странно, но в период кризиса, когда предприятия малого бизнеса снижают свои обороты одно за другим, предпринимательство "на собаках" осталось вполне стабильным.
- Ничего удивительного, - поясняет Нина Третьякова. - Людям нужны средства от депрессии. Лучшего, чем собака, не существует. А для домашнего любимца, к которому уже прирос душой, человек готов сделать все, порой отказывая себе в необходимом.
Потребительская корзина для щенка
Содержание породистой собаки обходится в месяц примерно в 10 тысяч рублей, если включить сюда покупку кормов, прививки, регулярные осмотры ветеринара, участие в выставках. Однако даже собаки без выставочных амбиций обходятся недешево.
- Французского бульдога, сейчас ему девять лет, мы приобрели за 15 тысяч рублей, - рассказывает петербурженка Татьяна Нестерович. - За то время, что он у нас живет, потратили на его лечение примерно 30-40 тысяч рублей. Сейчас собака слепнет: надо бы делать операцию на глаза, но это обойдется в 60 тысяч рублей, так что решили отложить. Был бы помоложе, обязательно бы прооперировали.
Своего шпица Татьяна Бугаева приобрела за 25 тысяч рублей. В полтора года его на даче покалечила соседская овчарка: сейчас шпиц, после серьезной и дорогостоящей операции на позвоночнике, может передвигаться только с помощью специальной колясочки. Но в семье и речи нет о том, чтобы его усыпить.
У Юлии Порошенко собаки, как у английской королевы: порода вельш корги пемброк. Чтобы прокормить троих псов, требуется не менее 15-20 тысяч в месяц. Примерно еще столько же уходит на покупку амуниции, услуги ветеринара, участие в выставках, где оплачивается не только вступительный взнос, но и работа хэндлера (специального тренера, обучающего, как должна вести себя собака во время демонстрации статей).
- Все это окупается, - признается Юлия. - Одна наша корги приносит по шесть - восемь щенков в год, мы их продаем по 15 тысяч. Правда, иногда приходится серьезно тратиться на роды: в последний раз ветеринар делал кесарево, а это - 40 тысяч рублей.
Цены на друзей
Юлия скромничает: щенок вельш корги пемброк с хорошей родословной стоит сегодня порядка тысячи евро, так что у заводчиков, которые промышляют производством модной породы, неплохой доход. Несмотря на все издержки (чтобы повязать собаку с достойным партнером, заводчику нередко приходится выезжать за границу, для получения "правильного" потомства обеспечивать качественные условия содержания), бизнес этот вполне позволяет владельцу процветать.
Увы, к сожалению, он плодит массу последователей, далеко не всегда готовых и способных соответствовать высоким стандартам.
- Сегодня многие недобросовестные владельцы питомников выбрасывают из цепочки воспроизводства главное звено - серьезную зоотехническую работу, - говорит Алексей Бороздин, президент Северо-Западной ветеринарной ассоциации, член совета Союза предпринимателей зообизнеса (СПЗ). - Продают собак якобы "с родословной". Но что такое настоящая родословная? Это - не самостоятельный документ, а выписка из племенной книги, где должны быть отмечены все роды собаки за всю ее жизнь, как они протекали, сколько щенков было в помете, какими заболеваниями или врожденными патологиями они страдали и прочее. Ничего этого у большинства российских заводчиков, как правило, нет.
Щенок, соответствующий ГОСТу, должен иметь целый пакет документов. В том числе и зафиксированный документально правильный режим выращивания. Сегодня же зачастую питомники продают щенков не в полтора-два месяца, как положено, а в возрасте нескольких недель. Да и содержание их, мягко говоря, оставляет желать лучшего.
- Работая ветеринаром, я видел такие питомники - не приведи господь! - рассказывает Бороздин. - По 40-50 собак в одной комнате обычной городской квартиры. Там буквально ступить некуда. Их выводят по принципу "кого ухватил", остальные могут годами не видеть свежего воздуха. И случки своим собакам владельцы устраивают не раз в год, как положено, а три-четыре раза. Просто хищнически изнашивают материнский организм!
Плодить здоровое потомство - не в интересах таких заводчиков. Им нужно, чтобы собаки жили недолго, а оборачиваемость товара была регулярной и быстрой.
К сожалению, проверка щенков на соответствие ГОСТу - дело добровольное, а не обязательное.
Какой породы собака?
Отдельное направление недобросовестного собаководческого бизнеса - так называемые "новые породы".
- Чтобы вывести новую породу животного, нужно время: селекция предполагает многочисленные поколения, особое тестирование, - говорит Алексей Бороздин. - Наши же поступают проще: случают, к примеру, пинчера с болонкой и объявляют их потомство новой породой типа "Невская орхидея Васи Пупкина". А поскольку при регистрации товара у нас предусмотрена законодательством только регистрация товарного знака, то формально - все по закону!
Не меньшее зло, по словам Бороздина, приносит и меняющаяся мода на породы.
При отсутствии обязательной проверки на соответствие ГОСТу спросить за приобретение больного щенка вроде и не с кого. А варварское насыщение заводчиками "модного спроса" плодит серьезные патологии в породе.
- Коллеги-ветеринары просто плакали, когда им привозили йоркширских терьеров с такими нарушениями, какие ни в каком учебнике ветеринарии не найдешь! Вся палитра заболеваний, патологии костно-мышечной системы, генетические, психические расстройства... Все это - следствие моды на йорков, хищническое перепроизводство экземпляров, - утверждает Алексей Бороздин.
Собачья ветеринария - еще одно направление этого бизнеса "с серьезным серым хвостом", по выражению Бороздина.
Если доктор получает в ветеринарной клинике 50-70 тысяч рублей, вряд ли он будет промышлять частным образом. А если 15-20 тысяч, то пойдет по домам. И кто проконтролирует, чем и как он будет пичкать домашних питомцев?
- Пожалуй, единственная по-настоящему прозрачная сфера в зооиндустрии - это торговля, - отмечает Бороздин. - Здесь все как у людей.
Но если в сегменте торговли кормами наметился разворот к дешевым продуктам отечественного производства взамен импортных аналогов, то в сегменте амуниции сегодня появились свои особенности.
Сейчас уже не принято надевать на любимую болонку ошейник со стразами и покупать ей переноску по цене автомобиля. Зато возник большой спрос на всякого рода гаджеты: собак чипируют, чтобы не потерялись, вставляют в ошейники камеры наблюдения. Цены на эти прибамбасы могут достигать десятков тысяч рублей, так что торговцы предприятий зооиндустрии не внакладе: оборот не снижается.
Закон для четвероногих
Что же следует сделать, чтобы "собачий бизнес" вышел из тени? Будучи прозрачным, он мог бы заметно пополнить местные бюджеты. Не говоря уже о том, что в этом случае он избавил бы добросовестных владельцев собак от множества проблем, а их противников - от оснований для взаимной неприязни.
По мнению Нины Третьяковой, путь здесь только один - поголовное чипирование всех собак города. При этом такую работу нужно вести комплексно: чипирование должно сопровождаться тотальным страхованием всех животных и снабжением работников правоохранительных органов специальными "читалками" для этих чипов. Чтобы любой полицейский, как кондуктор в автобусе, мог своим валидатором в считаные секунды узнать данные о четвероногом пешеходе, следующем мимо. Это избавит от безадресных конфликтов и загрязнения газонов. Кроме того, такой учет и контроль поможет наладить порядок в ветеринарной и зооиндустрии.
Алексей Бороздин считает, что назрела необходимость на региональном уровне принять соответствующий закон. Нормы ответственного отношения к животным, конечно, должны быть всюду одинаковы, но особенности их содержания в городах диктуют свои правила.
Кинологи Петербурга разработали ГОСТы на выращивание щенков. Они утверждены Росстандартом. Но за год, что эти нормы действуют, в Северной столице ни один щенок не был проверен на соответствие стандартам. Собаководы предпочитают вести свой бизнес, не выходя из тени.
Два миллиона любимцев.
Общий объем "собачьего бизнеса", по некоторым экспертным оценкам, составляет сегодня в Петербурге сотни миллионов рублей. Точную цифру не сможет назвать никто. Собаковод с 50-летним стажем, инструктор канистерапии и эксперт НИИ кинологии Нина Третьякова утверждает:
- В Петербурге сегодня, по самым скромным подсчетам, числится порядка двух миллионов собак. Клубов собаководов-любителей, объединенных в Российскую кинологическую федерацию, порядка 600. Увы, большинство из них нацелены исключительно на коммерческий результат. Но "любительство" за деньги называется ********цией.
Радикальная позиция Нины Третьяковой объясняется ее болью за идею правильного кровного собаководства. Заводчики же собак, как любые бизнесмены, в большинстве своем стремятся получить максимальную выгоду при минимальных затратах.
И у многих это получается. Как ни странно, но в период кризиса, когда предприятия малого бизнеса снижают свои обороты одно за другим, предпринимательство "на собаках" осталось вполне стабильным.
- Ничего удивительного, - поясняет Нина Третьякова. - Людям нужны средства от депрессии. Лучшего, чем собака, не существует. А для домашнего любимца, к которому уже прирос душой, человек готов сделать все, порой отказывая себе в необходимом.
Потребительская корзина для щенка
Содержание породистой собаки обходится в месяц примерно в 10 тысяч рублей, если включить сюда покупку кормов, прививки, регулярные осмотры ветеринара, участие в выставках. Однако даже собаки без выставочных амбиций обходятся недешево.
- Французского бульдога, сейчас ему девять лет, мы приобрели за 15 тысяч рублей, - рассказывает петербурженка Татьяна Нестерович. - За то время, что он у нас живет, потратили на его лечение примерно 30-40 тысяч рублей. Сейчас собака слепнет: надо бы делать операцию на глаза, но это обойдется в 60 тысяч рублей, так что решили отложить. Был бы помоложе, обязательно бы прооперировали.
Своего шпица Татьяна Бугаева приобрела за 25 тысяч рублей. В полтора года его на даче покалечила соседская овчарка: сейчас шпиц, после серьезной и дорогостоящей операции на позвоночнике, может передвигаться только с помощью специальной колясочки. Но в семье и речи нет о том, чтобы его усыпить.
У Юлии Порошенко собаки, как у английской королевы: порода вельш корги пемброк. Чтобы прокормить троих псов, требуется не менее 15-20 тысяч в месяц. Примерно еще столько же уходит на покупку амуниции, услуги ветеринара, участие в выставках, где оплачивается не только вступительный взнос, но и работа хэндлера (специального тренера, обучающего, как должна вести себя собака во время демонстрации статей).
- Все это окупается, - признается Юлия. - Одна наша корги приносит по шесть - восемь щенков в год, мы их продаем по 15 тысяч. Правда, иногда приходится серьезно тратиться на роды: в последний раз ветеринар делал кесарево, а это - 40 тысяч рублей.
Цены на друзей
Юлия скромничает: щенок вельш корги пемброк с хорошей родословной стоит сегодня порядка тысячи евро, так что у заводчиков, которые промышляют производством модной породы, неплохой доход. Несмотря на все издержки (чтобы повязать собаку с достойным партнером, заводчику нередко приходится выезжать за границу, для получения "правильного" потомства обеспечивать качественные условия содержания), бизнес этот вполне позволяет владельцу процветать.
Увы, к сожалению, он плодит массу последователей, далеко не всегда готовых и способных соответствовать высоким стандартам.
- Сегодня многие недобросовестные владельцы питомников выбрасывают из цепочки воспроизводства главное звено - серьезную зоотехническую работу, - говорит Алексей Бороздин, президент Северо-Западной ветеринарной ассоциации, член совета Союза предпринимателей зообизнеса (СПЗ). - Продают собак якобы "с родословной". Но что такое настоящая родословная? Это - не самостоятельный документ, а выписка из племенной книги, где должны быть отмечены все роды собаки за всю ее жизнь, как они протекали, сколько щенков было в помете, какими заболеваниями или врожденными патологиями они страдали и прочее. Ничего этого у большинства российских заводчиков, как правило, нет.
Щенок, соответствующий ГОСТу, должен иметь целый пакет документов. В том числе и зафиксированный документально правильный режим выращивания. Сегодня же зачастую питомники продают щенков не в полтора-два месяца, как положено, а в возрасте нескольких недель. Да и содержание их, мягко говоря, оставляет желать лучшего.
- Работая ветеринаром, я видел такие питомники - не приведи господь! - рассказывает Бороздин. - По 40-50 собак в одной комнате обычной городской квартиры. Там буквально ступить некуда. Их выводят по принципу "кого ухватил", остальные могут годами не видеть свежего воздуха. И случки своим собакам владельцы устраивают не раз в год, как положено, а три-четыре раза. Просто хищнически изнашивают материнский организм!
Плодить здоровое потомство - не в интересах таких заводчиков. Им нужно, чтобы собаки жили недолго, а оборачиваемость товара была регулярной и быстрой.
К сожалению, проверка щенков на соответствие ГОСТу - дело добровольное, а не обязательное.
Какой породы собака?
Отдельное направление недобросовестного собаководческого бизнеса - так называемые "новые породы".
- Чтобы вывести новую породу животного, нужно время: селекция предполагает многочисленные поколения, особое тестирование, - говорит Алексей Бороздин. - Наши же поступают проще: случают, к примеру, пинчера с болонкой и объявляют их потомство новой породой типа "Невская орхидея Васи Пупкина". А поскольку при регистрации товара у нас предусмотрена законодательством только регистрация товарного знака, то формально - все по закону!
Не меньшее зло, по словам Бороздина, приносит и меняющаяся мода на породы.
При отсутствии обязательной проверки на соответствие ГОСТу спросить за приобретение больного щенка вроде и не с кого. А варварское насыщение заводчиками "модного спроса" плодит серьезные патологии в породе.
- Коллеги-ветеринары просто плакали, когда им привозили йоркширских терьеров с такими нарушениями, какие ни в каком учебнике ветеринарии не найдешь! Вся палитра заболеваний, патологии костно-мышечной системы, генетические, психические расстройства... Все это - следствие моды на йорков, хищническое перепроизводство экземпляров, - утверждает Алексей Бороздин.
Собачья ветеринария - еще одно направление этого бизнеса "с серьезным серым хвостом", по выражению Бороздина.
Если доктор получает в ветеринарной клинике 50-70 тысяч рублей, вряд ли он будет промышлять частным образом. А если 15-20 тысяч, то пойдет по домам. И кто проконтролирует, чем и как он будет пичкать домашних питомцев?
- Пожалуй, единственная по-настоящему прозрачная сфера в зооиндустрии - это торговля, - отмечает Бороздин. - Здесь все как у людей.
Но если в сегменте торговли кормами наметился разворот к дешевым продуктам отечественного производства взамен импортных аналогов, то в сегменте амуниции сегодня появились свои особенности.
Сейчас уже не принято надевать на любимую болонку ошейник со стразами и покупать ей переноску по цене автомобиля. Зато возник большой спрос на всякого рода гаджеты: собак чипируют, чтобы не потерялись, вставляют в ошейники камеры наблюдения. Цены на эти прибамбасы могут достигать десятков тысяч рублей, так что торговцы предприятий зооиндустрии не внакладе: оборот не снижается.
Закон для четвероногих
Что же следует сделать, чтобы "собачий бизнес" вышел из тени? Будучи прозрачным, он мог бы заметно пополнить местные бюджеты. Не говоря уже о том, что в этом случае он избавил бы добросовестных владельцев собак от множества проблем, а их противников - от оснований для взаимной неприязни.
По мнению Нины Третьяковой, путь здесь только один - поголовное чипирование всех собак города. При этом такую работу нужно вести комплексно: чипирование должно сопровождаться тотальным страхованием всех животных и снабжением работников правоохранительных органов специальными "читалками" для этих чипов. Чтобы любой полицейский, как кондуктор в автобусе, мог своим валидатором в считаные секунды узнать данные о четвероногом пешеходе, следующем мимо. Это избавит от безадресных конфликтов и загрязнения газонов. Кроме того, такой учет и контроль поможет наладить порядок в ветеринарной и зооиндустрии.
Алексей Бороздин считает, что назрела необходимость на региональном уровне принять соответствующий закон. Нормы ответственного отношения к животным, конечно, должны быть всюду одинаковы, но особенности их содержания в городах диктуют свои правила.
