У этой разной родительской любви к детям часто образуются очень длинные "хвосты". Я сужу об этом по рассказам моей мамы о своем детстве. Она глубоко убеждена, что бабушка гораздо больше любила сына (маминого брата), чем дочь (мою маму).Так ли это на самом деле - никто не скажет, но детские чувства моей мамы очень ярки и сегодня. Видимся мы с мамой редко, раз в год в течение пары недель (живем в разных странах). Вот и сейчас прошло несколько дней после ее отъезда, а я все вспоминаю ее слова о любви к детям. Она говорит: "конечно, твоего Степочку любить легко, он ласковый, нежненький, всегда готовый обняться-приласкаться-подлизаться. А ты (т.е. я) и рада стараться, он из тебя просто веревки вьет! А вот Паше очень трудно, его любить не так просто - он очень подвижный, все стремящийся сделать сам и по-своему, считающий, что все знает и умеет сам. Все пробующий, трогающий, проверяющий, со всеми дискутирующий. Вот и я такой была... за что и получала вечно". Мама считает, что ее наказывали несправедливо, что ее брату часто шалости сходили с рук, а ее наказывали вдвойне. Это тоже никто прокоментировать не может, эти слова отражают видение мира маленькой девочкой, моей мамой. В этот свой приезд мама постоянно указывала мне на Пашины достоинства и Степины недостатки. Я, уже подзабывая деление сыновей на "мой - не совсем мой", с новой силой принялась анализировать свои реакции на их поступки и поведение. Я не чувствую разницы в отношениях к одному и к другому. Просто дети разные, и потребности у них разные, кого-то достаточно просто погладить по голове и сказать что-либо ободряющее, а кому-то надо как минимум полчаса не только обнимашек-прижималок, но и кратенькой оды, восхваляющей и одобряющей действие ребенка. Тут главное не ошибиться, кому чего надо и в каком количестве.

В первый год после усыновления переломным в моей адаптации был момент, когда я поняла, что я не люблю Пашу безусловно. Я его уважаю, жалею, сочувствую, стараюсь понять, но только не люблю. Тогда я очень отчетливо увидела разницу в своей реакции на одни и те же действия Степы и Паши. Тогда я стала культивировать в себе всячески (порой успешно, порой терпя полный крах) те намеки на чувства, испытываемые мной к Степану, применительно к Паше.Этим "выращиванием", "взращиванием" любви к Пашке я занимаюсь по сей день. Процесс идет гораздо проще, чем в начале, образно говоря, "уход" за моей любовью сейчас минимален, она выросла, окрепла, дает мощный прирост, размножается почкованием, корневыми побегами и делением куста

). Но развитие и рост этой любви всегда у меня под контролем. Вот такой я вижу разницу в любви к приемному и кровному ребенку, по крайней мере для меня.
Кстати, моя сестра как-то упомянула, что ей все детство казалось, что ее не любят родители и все время сравнивают ее со мной не в ее пользу (сестра младше меня на 4 года), и что наказывают ее крайне несправедливо. А я всегда абсолютно искренне горевала, когда меня наказывали. Горевала из-за того, что я доставила столько огорчений взрослым, и не было ничего важнее, чем просить прощения и никогда-никогда не повторять поступки, которые так разозлили и расстроили моих родителей. Я не считаю, что кто-то из нас с сестрой реагировал на одни и те же ситуации правильнее или лучше. Просто по-разному.