В последний раз я вам писала, что мы опять хотим ехать в Питер – добиваться там..
Последнее воскресенье перед отъездом, сидим в церкви, вот-вот начнется проповедь, и вдруг, совершенно неожиданно к нам подсаживается пастор. «Как ваши дела? Как продвигается дело с детками?» «Никак»
- пожимаем плечами. «А вы подойдите к епископу» - советует он. Мы переглядываемся. «Пойдем?» «Ну и что он нам скажет?» но все-таки после собрания подходим. Рассказываем историю наших исканий, во всю обвиняем местное руководство. Говорим, как жаждем мщения и горим желанием обличить лицемеров. «Постойте, ребята, это не наш путь, не христианский. Сейчас канун Рождества, пойдите к этой начальнице, поздравьте с праздником, покайтесь, в чем были не правы. Обязательно примиритесь с ней.» Сказать, что мы были ошарашены – ничего не сказать. Нам идти к ней?! Да еще с миром и благословениями? Конечно же, усмирив свою гордость, на следующий же день мы пошли…
Ах, если бы у каждого человека в окружении был такой же мудрый духовный наставник!
На рабочем месте ее не оказалось. Но она не просто ушла, а ушла на пенсию!!!
Нужно ли объяснять, что дорога оказалось открытой? Тут же звоним в Дом Ребенка. Есть дети? «Есть. Один мальчик. Женя. Два года.» «Мы едем!!» «Может уже после Нового Года?» - недовольно звучит в ответ. «Нет. Пожалуйста, нет!! Мы уже едем!!!»
«Вы знаете, очень хороший мальчик. Спокойный, умный, послушный. Он у нас уже полгода.» «А почему раньше не показывали?» «Так у него статус только на днях определился – родителей прав лишили. Пьют они. И знаете, у него ведь еще братья-сестры есть. Старшие.» «Сильно старшие?» - пугаюсь я. «А сколько всего-то?» - интересуется муж. «Пять». «Ой…» «Ну самых-то старших вам вряд ли отдадут. Им 17, 15 и 14. А вот есть еще сестренка Настя, ей почти семь.» «Ну, давайте для начала Женю посмотрим»
Его приносят. Классный. Хороший. Свой. Не знаю, как объяснить словами, но внутри – так спокойно. Смотрю на мужа. Он улыбается, кивает малышу. Ловит мой взгляд и кивает мне «Свой». Женька – бука. Молчит, сопит, смотрит из подлобья. Протягиваю руки – хныкает и ищет убежище у воспитателя. Протянутую конфету после раздумья берет. Но на руки? Ни за что! Решаем, что для первого посещения достаточно. Его уносят. «Вылитый я в детстве» - гордо заявляет муж.
С заведующей договариваемся, что навестим еще Настю, поговорим с органами опеки и уже после Нового Года примем окончательное решение.
Перед праздниками успели навестить и Настю. Худенькая, маленькая, чуть меньше нашей пятилетней племянницы. Очень скромная и застенчивая. Но мне почему-то кажется, что это только пока. На вопросы отвечает односложно. Вроде бы и не смотрит, а глазами нет-нет и стрельнет в нашу сторону…
На Новый Год мы уехали в Питер, сдали налоговые отчеты, проверили бизнес. Во время поездки о детях вспоминали забавно – по идеи собирались думать брать или не брать, а как разговор заходит, говорим как уже о решенном вопросе, обсуждаем распорядок, одежду, покупки и т.д., а в конце, будто спохватившись, добавляем – ну, если мы их берем…Вернулись в субботу, до понедельника – два дня. Начали дергаться, а вдруг их уже забрали? Но, Слава Богу, они – нас ждут. Женька правда загрипповал, и его отправили в больницу. Каким-то чудом удалось договориться и три дня навещать его. В результате согласился идти на руки, и когда спрашиваем, ты будешь нас завтра ждать, утвердительно кивает.
С Настей мы тоже встречаемся. Рисуем, собираем пазлы, гуляем, много рассказываем о будущем доме. Она говорить пока скромничает, зато очень красиво улыбается…
А в пятницу, 23.01 [FONT="]комиссия утвердила!!! наше заявление, через пару недель – домой!!![/FONT]